Соседние, в ряду стоящие подобные дома имеют такие же дворы, некоторые даже лучше нашего, но не имеют ярлыка «жилищный кооператив», доставшегося нам в наследство. И вот за такое «поместье», практически «пробку» в черте города, налоговая система десятилетиями снимает с нас налог в 25 тыс. рублей в год. И намерена его даже увеличить. Говорят, надо платить. Мы платим, потому что у нас есть официальная бумага — Государственный акт о праве собственности на землю.
А эту «собственность» днем и ночью топчут ногами и колесами автомашин горожане, не имеющие к ней никакого отношения и не замечающие, что мы такие «значительные». Очевидный формализм этого бумажного владения ничего нам не дает — ни грядку с картошкой у дома не разобьешь, ни гараж не построишь. Обслуживаем, ремонтируем, убираем, облагораживаем свое наследство сами. Хотели получить на капитальный ремонт от государства деньги — нам отказали. От безысходности хотели перегородить дорогу во дворе: запретили — раз, перессорились с автовладельцами — два. Не пойдут же люди к своим домам по примыкающей улице с интенсивным движением машин?
Многие жители дома уже давно ушли в мир иной, так и не поняв прелестей такого пожизненно наследуемого владения. А продолжающие жить решили изменить статус «бессрочных плательщиков», сократив таким образом в своих бюджетах и без того раздувшиеся расходы на ЖКХ. А для начала — узнать, как живут и за что платят за пределами наших владений разные ТСЖ, ЖСК, ТОС и управляющие компании.
Михаил ХОДАКОВСКИЙ